МАМИНЫ ЯБЛОКИ
...Мама наша хорошо разбиралась в людях, любила природу, до самозабвения трудилась и нас к труду приучала. Малограмотная (образование—1 класс), она сделала все, чтобы мы закончили школу. А когда я приезжала из Москвы с сессии (заочно училась в МГУ), мама долго расспрашивала меня о Москве, об университете, о преподавателях, об экзаменах... Радовалась, когда я написала дипломную работу на «отлично».
Два моих брата, Володя и Юра,— рабочие оба коммунисты. Их очень уважают, ценят. Думаю, это мама научила нас дружить с людьми, быть безотказными в работе.
Помню, когда я была на экзаменационной сессии, мама с такой радостью написала, что прошел хороший дождь, почти ливень. Для нашего засушливого района это целое событие. Тогда почти у каждого в нашем селе был молодой сад. Это моя мама подала добрый пример: наш сад — один из первых в селе. Я помню, как это начиналось...
Дюжий мужчина в забрызганных грязью сапогах прямо с кузова автомашины продавал саженцы яблонь. Погода в тот осенний день стояла промозглая, сырой ветер пронизывал насквозь, небо, как закопченное стекло, повисло над нашим селом. У мамы покраснели руки, а она все передавала мне саженцы, невысокие и угловатые.
— Бери, мамаша, не пожалеешь,— приговаривал продавец — Сорта хорошие. Вот это, к примеру, белый налив...
— Хоть белый, хоть серый — у нас ему не расти,— вздохнул за моей спиной Павел Матвеевич, старожил села — Суховеи — вот беда-то наша.
Он стоял, опершись на сучковатую палку,
из-под шапки смотрели на маму, его грустные и как мне показалось, полные сожаления глаза.
Мама на миг остановилась, взглянула на него весело, глаза ее лучились, платок сбился, и я только тогда заметила, что от виска стекает маленькая серебряная струйка — седина.
Сад мы сажали всей семьей. Брат копал ямки, отец подвозил перегной, а мама зорко следила за тем, чтобы каждое деревце было хорошо укреплено в мягкой, рыхлой земле.
Весной яблоньки похорошели, покрылись нежными бело-розовыми цветками. Мама выпалывала в лунках траву, рыхлила почву. Поливали все по очереди. Но как ни старались, летом от зноя земля потрескалась, а молодые листья повисли, словно тряпочки.
Мама не отходила от деревьев. Солнце едва вспыхнет горячим угольком у горизонта, а она уже и воды наносила и яблоньки полила. Нас не будила, мы помогали ей вечером.
А когда наступала прохлада, мама садилась на лавочку в саду и отдыхала до звезд. И руки ее, в морщинах и трещинах, словно яблоневая кора, покойно лежали на коленях.
Никогда, ни прежде, ни потом, спустя годы, я не знала других таких вкусных и ароматных яблок. Одни — золотистые, будто сплетены из солнечных лучей, другие — алой зарей окрашены. Мама приносила их в фартуке, мыла колодезной водой, раскладывала в стеклянной вазе, и мы долго любовались плодами ее труда. До самой зимы деревянные стены нашего дома пахли яблоками, и нам казалось, что все это вечное: и мама, и яблони, и сама жизнь.
Прошли годы, и мамы не стало. Сад постарел. А в одну из суровых зим и вовсе погиб. Отец спилил яблони. Там, где шумели кроны, дарили нам прохладу и сочные плоды, стало вдруг просторно и пусто.
Только в памяти свежо и ароматно сияли яблоки в мамином фартуке...
Недавно, собравшись всей семьей в отчем доме, мы заложили новый яблоневый сад. Пусть цветет и плодоносит!
КАКИЕ МЫ СЧАСТЛИВЫЕ!
Прочитала в «Крестьянке» очерк Л. Елина «Опять чадра?» о том, как живут и борются за свои права женщины Пакистана. Какие же мы счастливые! Живешь и не думаешь об этом, пока не узнаешь, каково другим людям в других странах. Читала я журнал и с трудом верила: неужели где-то люди живут без прав, без будущего, без счастья? Вот такие девчонки, как я... Подумать страшно... А у меня все есть. Моя будущая профессия — швея-мотористка. Через год стану шить одежду для ребятишек. И мне 17 лет.
В Ленинград я приехала в 1983 году, 1 сентября. А раньше жила в Иркутске. Какие красивые наши города и села! Какие вокруг хорошие люди!
Если бы я родилась и жила не в Советском Союзе, а в капиталистическом мире, я тоже боролась бы как женщины Пакистана, за свободу, за демократию! Так хочется им помочь. Но что я могу? Только хорошо учиться и хорошо работать. И я буду хорошо работать! Наверное, это все же как-то связано, как-то влияет на то, что происходит на свете...
НЕ ДАДИМ ПОГУБИТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО!
Мне, пережившей вторую мировую войну еще ребенком, очень страшно думать о грозящей всему миру ядерной катастрофе. У меня пятеро детей, трое внуков. Я хочу им счастья и потому всеми силами души хочу мира.
Я потеряла свою маму в 1942 году, ее убило бомбой, разорвавшейся у магазина. Отец был на фронте, вернулся в 1946 году инвалидом, скоро умер. Мы с сестрами остались сиротами. Очень тяжело было. Вот пишу и вижу эту проклятую войну, словно не прошло 40 лет со дня Победы.
Пусть господин Рейган и все, кто вновь мечтает о мировом господстве, не рассчитывают на удачу. Мы не дадим погубить человечество. Пусть опомнятся те, кто играет судьбой людей, пока не поздно!
