Юго-Западное Прионежье. Гиморецкий погост

Свирь представляет собой естественную границу между Русью и Карелией, и эта граница не совпадает с административной линией, разграничивающей Ленинградскую область и Карельскую Республику. Севернее Свири все чаще встречаются северные избы, суровые, массивные, в 6-8 окон по фасаду. И природа за Свирью меняется. Дорога уходит от низкого, топкого берега у Вознесенья решительно вверх. Под ней уже чувствуются карельские граниты и диабазы. Вокруг веет дыхание Великого Онего.

...Паром, покачиваясь, пересек широкую Свирь. Пока переправились, пока осмотрелись — стало темнеть. Пятнадцать километров до деревни Щелейки пришлось идти пешком, в августовской непроглядной ночи. Было, наверно, два часа, глаза совсем уже не различали дорогу, когда вдруг из-за поворота дороги темной массой выдвинулся первый дом деревни. Настоящая карельская изба, суровая махина, выросла из тьмы. Еще шаг, лес кончился — и вынырнула луна, яркая на черном небе; и в загадочном освещении ночного светила вдруг явилось нам сказочное пятиглавие щелейкинской церкви.

Церковь эта построена была в XVIII веке и освящена во имя святого Дмитрия Солунского Мироточивого. Редкое имя для церкви; и форма ее тоже редкостна, необычна, замысловата. Стоит она посреди деревни, в стороне от Онежского озера, которое хоть и чувствуется, но не видится. Место почти закрытое, кругом избы и деревца, и церковь выступает из их массы так органично, как на опушке невысокого лесочка — пень, поросший грибами. Восьмерик, составляющий основной объем ее, увенчан изящным пятиглавием, поставленным на четыре так называемые бочки — полусферические конструкции с килевидным заострением сверху. С запада пристроена колокольня, соединенная с храмом переходом-мостом на уровне второго этажа. Все это придает довольно приземистому строению некую воздушность, даже что-то такое легкомысленное... Ну, это все удалось разглядеть днем, а в лунном освещении видно было только одно — сказочная, загадочная святость.

Днем, к сожалению, разгляделось и другое. Церковь, хотя и реставрирована лет 40 назад, нуждается уже в ремонте. Крест упал с центральной главки, разрушились скосы кровли над алтарем, и от затекающей воды бревна верхних венцов начали гнить. Похоже, что это мало кого интересует. Народ в Щелейках тихий и доброжелательный, но большинство приезжает только на лето; о церкви мало что знают — такое впечатление, что ни ее прошлое, ни ее будущее здешних жителей не волнует. В деревне, рядом с новенькими домами, осталось несколько разваливающихся заброшенных изб. В одну из них мы заглянули — и чего только там не нашли. Среди хлама валялись отлично сплетенные берестяные туески, калиты, деревянная прялка, остатки старинной домашней утвари, по которой плачут музеи народного быта. А рядом, за новеньким штакетником, кипит жизнь, чай пьют на современно застекленной веранде, мангал рядом стоит, автомобиль «ауди» фырчит у ворот. Номера — карельские: хоть Щелейки и принадлежат административно к Ленобласти, но связей здесь больше с Петрозаводском (до него 80 километров, а до Питера — 400).

Облака над Онежским озером начинают розоветь. Берегом, по камешкам, по заболоченному лесу добираемся до старого маяка на мысу Чейнавалок. Мыс, огромные камни, о которые шмякаются волны, — настоящее море! За мысом — прекрасный песчаный пляж и ни единой живой души до самого горизонта. От берега идет дорога: одним концом на Щелейки, другим — в сторону деревни Гимрека, до которой примерно километров шесть. Красивая дорога и вкусная: кругом малинник. Возможно, это часть старой дороги, существовавшей тогда, когда еще не проложили современную грунтовку на Петрозаводск. Во всяком случае, именно с нее открывается на подходе к Гимреке прекрасный вид на церковь Рождества Богородицы Гиморецкого погоста.

Ансамбль Гиморецкого погоста — один из самых замечательных в Прионежье. Село Гимрека расположено недалеко от Онежского озера. Вдоль берега тянутся прекрасные песчаные пляжи, а вверх поднимаются каменистые гряды, заросшие прекрасным лесом или покрытые душистыми полями. На одном из таких открытых склонов стоит церковь Рождества Богородицы, старинная, но юная, стройная, устремленная ввысь. Впрочем, «стоит» — это не про нее. Она устремлена в бесконечность, она — вертикаль, соединяющая Онежский берег с Царством Небесным.

Рядом — колокольня и кладбище. Ограда. Ворота. Село поодаль, внизу. К этой церкви надо подниматься — стремиться вверх, забывая о суете, которая внизу.

Гиморецкая церковь хранит в себе ту же идею, что и церковь Георгия на Юксовском озере, — стремление ввысь, соединяющее земное и небесное в молитвенном единстве. Но выразительные средства и конструктивные приемы использованы иные. Построенная во второй половине XVII века (точная дата неизвестна), она принадлежит к типу шатровых деревянных построек, который сложился после победного распространения кирпично-каменных шатровых храмов на Руси.

Основной объем Богородице-Рождественской церкви составляет прямоугольный высокий сруб-четверик с повалом. Сложен он из могучих, внушительных бревен и поставлен на подклет, что делает его еще более возвышенным, вертикальным. На четверике — невысокий восьмигранный сруб, восьмерик. Эта конструкция так и называется — «четверик на восьмерике». Верх четверика и восьмерик украшены двумя рядами фронтончиков с резными причелинами — это придает всему строению нарядный, радостный вид. Вверх уходит шатер, высота которого вместе с крытой лемехом главкой примерно равна высоте четверика с восьмериком.

К четверику с востока прирублена алтарная клеть, крыша которой оформлена в виде бочки — криволинейной фигуры с килевидным верхом. С запада — клеть-трапезная с крыльцом, великолепно украшенным разнообразной резьбой.

Церкви вторит колокольня, тоже шатровая, тоже типа «восьмерик на четверике», только четверик здесь низенький, а восьмерик высокий. На нем площадка под небольшим шатром.

Оба шатра, большой и маленький, как священник с диаконом, стоят перед престолом — вечностью.

Между Щелейками и Гимрекой есть впечатляющая природная достопримечательность — могучая скальная гряда, отвесная стенка, высота ко-торой от основания до вершины — 40-60 метров, а над уровнем Онежского озера — около 100 метров. Она сформирована особой каменной породой — габброноритом, блестящим и почти черным с поверхности, красно-бурым на изломе. Гряда стоит как крепостная стена на границе тридевятого царства. Кажется, что из-за еловых макушек на ее вершине вот-вот выглянет какой-нибудь сказочный змей или былинный богатырь проскачет на коне... Однако вместо рыка Змея Горыныча слышится гул моторов и металлический лязг. Заповедное царство изнутри выгрызает карьерная техника, ведется добыча камня. Может быть, это экономически оправданно, но природы все-таки жаль...