Sentstory.ru



В глубь Станового нагорья

Вглубь Станового нагорья

За поселком Нижнеангарск трасса Байкало-Амурской железнодорожной магистрали отходит от берега Байкала и несколько десятков километров тянется долиной Верхней Ангары...

Прошу прощения за сложности с названиями: Верхняя Ангара — река, впадающая в Байкал в самой северной его точке; не путать ее с просто Ангарой, вытекающей из Байкала возле Листвянки. Эту последнюю, кстати, в старину именовали Верхней Тунгуской. Поселок же, расположенный близ устья Верхней Ангары, вопреки ожиданию, называется Нижнеангарск. Это — старинное селение, основанное еще сибирскими землепроходцами. А в 20 километрах от него вырос совсем молодой город Северобайкальск. Здесь в 70-х годах минувшего века начиналось строительство западного участка Байкало-Амурской магистрали, знаменитого БАМа.

Распрощавшись с берегом Байкала, поезд катит по заболоченной равнине, поросшей редкой и невысокой лиственничной тайгой. Там и сям виднеются крохотные озерца. Вода здесь всюду стоит высоко у поверхности почвы: ее держит вечная мерзлота. Постепенно ландшафт становится все более гористым. Наконец железная дорога упирается в перпендикулярно тянущийся горный хребет — Северомуйский. Сквозь него пробит тоннель — самый длинный в России, протяженностью 15 343 метра. Строился он 26 лет. А пока строился, грузовые составы ходили по пятидесятикилометровому обходу, по горному серпантину. Этот обход и сейчас еще действует, но пассажирские поезда по нему не пускают: слишком опасно из-за лавин, камнепадов, уклонов.

Проехав Северомуйский тоннель, мы попадаем в затерянный мир Станового нагорья.

Становое нагорье — горное царство в Северном Забайкалье. Его хребты — Южномуйский, Северомуйский, Каларский, Кодар, Удокан — тянутся далеко, километров на семьсот, от северной оконечности Байкала к востоку. Эти горы и впадины между ними — продолжение того самого разлома, в самой глубокой части которого лежит Байкал. Они геологически молоды, а потому каменисты, остры, вершины их порой причудливы. Между хребтами — широкие долины. Климат в них суровый. Под почвой всюду мерзлота. Лето короткое, морозы зимой — до минус 60. И облик этих мест суров — соразмерно климату. Редкие, невысокие лиственницы, кустарниковые береза и ольха, местами низенький темно-зеленый кедровый стланик, между лапами которого прячутся шишки... Повсюду — болота, озерца, вода блестит. А на дальнем плане — синие и черные хребты, покрытые белыми мантиями снега и льда.

Постоянных жителей (если не считать население 5-6 пристанционных поселков) здесь почти нет. Немного охотников, немного эвенков-оленеводов. Ну и обслуживающий персонал железной дороги. Кажется, что появление человека в этих прекрасных и страшных местах должно показаться странным, неуместным. Слишком все вокруг безмолвно и величественно.

По межгорным котловинам текут реки — ледяные, стремительные и неслыханно чистые. Чистота, наверное, главное качество этих мест. Чист воздух, чисты воды, чист ярко-зеленый цвет лиственниц. И горные хребты замерли в своей ледяной и каменной чистоте.



Яндекс.Новости: Главное

Яндекс.Новости: Главное