Верховья староверские. Село Эржей

Вверх по Каа-Хему идет дорога: сначала асфальт, потом грунтовка... А потом начинается бездорожье. В ста с небольшим километрах от Кызыла, у деревеньки Бельбей, — переправа: старенький паром перетаскивает транспортные средства и пассажиров на левый берег Каа-Хема. Выше река становится порожистой, а дорога трудной, доступной только для внедорожников, и то не во всякую погоду. Тут начинаются Верховья — староверские места.

Два столетия — с конца XVII до начала XX — шло великое движение по окраинам России: уходили от мирского гнета ревнители «древлего благочестия». Старообрядцы (в просторечии — староверы) стали первопроходцами самых труднодоступных земель. На Алтае и в Западной Сибири их называют кержаками, в Забайкалье — семейскими. Их манило загадочное Беловодье, легенды о котором издавна жили на Русской земле. Уходя от властей, искали рая земного и в Саянах.

До 1914 года Урянхайский край — Тува — входил в состав китайской империи Цин. Власть русского царя и Синода заканчивалась у Саянских хребтов. Население приграничного села Усинское состояло наполовину из староверов. Малыми группами они уходили через границу, основывая поселения в тайге, подальше от глаз русских и китайских чиновников. Так в начале XX столетия возникли староверские деревни на Каа-Хеме, в Верховьях, до которых и сейчас не так-то просто добраться. Как поется в староверском духовном стихе:

Чтобы нам построить, чтобы нам поставить

В темном лесе келью святую,

Где бы люди не ходили, где бы птицы не летали!

Народился злой антихрист, народился, воцарился,

Свои сети постановляет...

От антихристова мира эти места ограждены лесами, болотами, горами. Тайга кругом дремучая, богатая ягодой и зверем. Луга разноцветные, высокотравные. Вода в Каа-Хеме чистая, рыба в ней изобильна, водится хариус и таймень. А главное, здесь можно забыть о городской суетной цивилизации. До недавнего времени в староверских деревнях не было даже телефонной связи. Кругом первозданная природа, и человек наедине с ней.

Самое крупное староверское село Эржей раскинулось на отлогом берегу Каа-Хема в окружении скалистых гор и душистой тайги. Гремит Эржейский порог: темные камни перегораживают русло, заставляя тысячи тонн воды прорываться через узкие проходы. Над порогом, на крутом склоне, — могучие кряжистые лиственницы, темные ели. Чем-то местные жители похожи на них: рослые, крепко сбитые; в их суровости ощущается спокойная доброжелательность. Все мужчины здесь бородатые. Женщины и девочки — в длинных платьях, на голове обязательно платок. Именуются только полными именами: Петр, Василий, Анастасия, Мария. Даже детей не кличут уменьшительно. Имя — свято. И свят весь сложившийся уклад жизни. У староверов нет воровства и обмана. Отстоять свой мир от вторжения внешнего зла они тоже умеют.

На крутых склонах пасутся коровы. Кто бы мог подумать, что эти неторопливые животные способны так ловко лазить по скалам! Эржей — село крепкое, хозяйственное. Староверы — народ работящий. Все в трудах — и взрослые, и дети.

Выше по Каа-Хему селения Сизим, Ужеп. Еще выше — скиты. Туда уходят старики, крепкие в вере. Больше никто здесь не живет, постоянного населения нет до самых истоков.