Дома культуры имени Русакова и имени Зуева в Москве

Хотя советская власть интересовалась в первую очередь глобальными вопросами — мировой революцией, построением коммунизма и так далее, — но иногда она все-таки вспоминала о людях. И тогда, наряду с гигантскими параллелепипедами правительственных зданий, возводились общественные постройки более жизненного назначения. Кинотеатры, школы, дома культуры. Лозунг «Культуру — в массы» был актуален в эпоху Великого перелома.

В Москве на пересечении Стромынки и Бабаевской улиц стоит необычное по форме здание — Дом культуры имени И. В. Русакова. При открытии в 1929 году оно называлось немного иначе: Клуб Русакова Союза коммунальников. Русаков — врач, революционер, в годы революции — председатель Сокольнического райсовета, погиб в 1921 году при подавлении Кронштадтского восстания. Классическая биография большевика-подвижника, мученика за коммунистическую веру. Раньше на Руси посвящали храмы святым; теперь, во времена воинствующего атеизма, стали посвящать клубы героям-большевикам.

Строить храм Пролеткульта Моссовет поручил архитектору Константину Мельникову. Крестьянский сын, окончивший перед революцией Московское училище живописи, ваяния и зодчества, Мельников в середине 20-х годов приобрел известность постройками в духе модного кубизма, прежде всего — павильонами на выставках в Москве и Париже. К новому заданию он подошел нестандартно, в соответствии с запросами времени.

Время требовало решительных композиций, прямых линий, острых углов. Ощущение силы, торжество человеческого духа, организованного в коммуну, приподнимает постройку Мельникова над скучной плоскостью улицы. Здание не столь велико, сколь монументально. Вопреки законам физики его тяжесть нарастает кверху — так скорость ракеты увеличивается по мере разбега от Земли в космос. Три массивных выступа торчат вверх из полукруглого фасада, как зубья шестеренки. Это вынесенные наружу балконы зрительного зала — прием, использованный Мельниковым впервые в мировой архитектуре. Здание было насыщено ультраавангардными новшествами: железобетонный каркас; вместо стен — трансформируемые перегородки, позволяющие разделять или соединять пространство залов; стеклянные окна-стены в зрительном зале. Мельников предполагал и наружные стены застеклить — но слишком большой расход тепла зимой заставил отказаться от этого эффектного решения. Оттого, наверное, в облике здания ДК Русакова, при всей его несомненной оригинальности и выразительности, ощущается какая-то недовоплощенность.

В один год с клубом на Стромынке в Москве появился еще один Дом культуры — имени Зуева на Лесной улице. Постройка архитектора Ильи Голосова стала, может быть, наиболее совершенным воплощением идей конструктивизма в советской архитектуре. Простые объемы — стеклянный цилиндр, железобетонные параллелепипеды — скомпонованы свободно, асимметрично, легко. Железобетон и стекло контрастно дополняют друг друга. Впрочем, все это есть во многих постройках конструктивизма. Особенность, которая выгодно отличает ДК Зуева от других памятников советской эпохи, — его человечность, соразмерность взгляду, соритмичность сердцу человеческому. Своими внушительными объемами он не подавляет, прямыми углами не режет глаз. В нем есть некий уют. Потому он так удачно вписывается в окружающую застройку, в которой, как это свойственно Москве, соседствуют самые разные стили и эпохи.